Независимость 1960: непростые уроки национальной истории | Cyprus Inform
О кипре

Независимость 1960: непростые уроки национальной истории

Cyprus flag

Эра оптимизма и больших надежд

Подписание договора о независимости Кипра54 года назад, ровно в полночь 16 августа 1960 года на политической карте мира появилось новое государство. Им стал небольшой остров в Восточном Средиземноморье. Последний губернатор колонии сэр Хью Макинтош Фут передал политическую власть лидерам двух общин. Президентскую республику возглавил архиепископ Макариос, вице-президентом стал доктор Фазиль Кучук.

В любой стране обретение политической независимости становится началом периода оптимизма и больших надежд. Кипр не стал исключением: в тот же августовский день утверждается новая Конституция, а через месяц республика становится членом ООН, принимая активное участие в создании Движения неприсоединения, и устанавливает дипломатические отношения с СССР.

Архиепископ МакариосПервые внешнеполитические шаги нового правительства вызвали некоторые опасения в США и Великобритании, так как идеологический климат на планете находился в состоянии серьезного напряжения. Один американский консерватор даже назвал Макариоса «средиземноморским Фиделем Кастро». Однако через год, как бы подчеркивая право на многовекторную политику, Кипр присоединяется к Содружеству наций, возглавляемому Великобританией. Одновременно улучшаются отношения с Вашингтоном. Теперь для атлантических политиков «черный Мак» (так дружески называли в Лондоне архиепископа за скромную черную одежду, соответствующую духовному сану) – снова союзник.

Казалось, перед молодым государством открываются широкие возможности для маневров в сфере международных отношений. Появилась перспектива вести самостоятельную и независимую линию, укрепляющую внутреннее единство, обретенное с большим трудом.

Однако юридический мир, достигнутый в результате серии сложных четырехсторонних переговоров (Великобритания – Турция – Греция – Кипр), начавшихся в 1954 году и завершившихся через пять лет цюрихско-лондонскими соглашениями, оказался хрупким. Череда конституционных кризисов и несколько тупиковых ситуаций в административно-финансовом управлении стали «поводом» для принятия резолюции ООН, предусматривающей ввод на остров объединенных сил по поддержанию мира.

На тот момент, увы, эти меры были необходимы. К концу 1963 года двунациональное государство фактически распалось, оказавшись на грани социальной анархии. Эра оптимизма продлилась чуть более трех лет.

Большой контекст

Никита ХрущевСуществуют разные мнения о причинах и следствиях произошедшего. Парадокс заключается в том, что каждое из мнений справедливо, но лишь для определенной точки зрения. Чтобы выйти за пределы политических взглядов действующих сторон развернувшегося конфликта, необходимо взглянуть на проблему в историческом и временном контексте.

В мировой политике 1960-е годы характеризуются усилением глобальных конфликтов. Противостояние Москвы и Вашингтона уже оформилось в «холодную войну». Две ведущие силы и их сторонники перенесли борьбу из центра международной системы на периферию. Активный всплеск антиколониального движения значительно усилил позиции СССР, который всячески поощрял «скидывание империалистических оков». Однако социалистическая идеология была только предлогом для соперничества за глобальное политическое превосходство. В условиях того времени законный путь заключался в изменении состава ООН, в которую активно входили только что освободившиеся экс-колонии. В декабре 1960 года по инициативе Москвы и дружественных режимов была утверждена Декларация о предоставлении независимости колониальным странам.

Теперь сам факт наличия колоний стал рассматриваться как «геополитическая аморальность» и пережиток прошлого.

Стратегия СССР оправдалась: антиколониальный тренд значительно изменил политический баланс сил в ООН. Вашингтон и его союзники лишились численного превосходства. Был зафиксирован количественный перевес развивающихся стран (к которым относился и Кипр) над развитыми.

Очевидно, что ООН сыграла немалую роль в обретении независимости Кипром. В 1954 году Греции впервые удалось представить кипрский вопрос вниманию Генеральной Ассамблеи. Афины наставали на самоопределении острова. В свою очередь Великобритания и Турция доказывали, что обсуждение вопроса является внутренним вопросом лондонской администрации. Но, как подчеркивала советская историография, «мировое общественное мнение полностью поддерживало героическую борьбу киприотов». В причинах и целях такой стратегии мы только что разобрались. Теперь откроем карты британского МИДа.

Игра с нулевым результатом

Гарольд Макмиллан Очень скоро Лондон отступил от принципа «внутреннего вопроса» по Кипру, и Гарольд Макмиллан (тогда еще министр иностранных дел, премьером он станет в 1957 году) инициировал по проблеме Кипра серию двусторонних переговоров с Грецией с заведомо «нулевым результатом». Выбора у Макмиллана практически не было: колониальная система разваливалась в некогда мощных лапах «британского льва». Кипрский вопрос с каждым месяцем приобретал все больший международный резонанс. Лондон просто обязан был что-то предпринять.

Отсюда и родилась дипломатическая комбинация: «Лондон как арбитр». Неожиданно нарушив устные договоренности с Грецией, Великобритания привлекает к диалогу Турцию. Цель – поставить Анкару и Афины в переговорную оппозицию, чтобы затем выступить в роли третейского судьи, решения которого в любом случае сохранили бы прежний статус Кипра и обеспечили неприкосновенность военно-морского форпоста в средиземноморье. Турецкая элита с энтузиазмом подключилась к предложенным дипломатическим маневрам. В стране усилились и без того хорошо подогретые националистические настроения под лозунгом «Кипр турецкий!». Прошла волна греческих погромов.

EOKAТем временем на Кипре EОКА («Союз борцов за освобождение Кипра»), внутри которой победило правое националистическое большинство, начала форсировать политические события партизанскими методами. А в августе 1955 года Великобритания созвала трехстороннюю конференцию (Лондон, Анкара, Афины) для обсуждения положения на Кипре, результаты которой не привели к ожидаемым решениям.

Затем последовали трагические события, завершившиеся в марте 1956 года временной высылкой с острова архиепископа Макариоса. Следующие три года стали очень тяжелыми для Кипра: забастовки и протестные движения фактически привели страну к финансово-политическому параличу.

В июне 1958 года Великобритания, понимая, что решение надо искать «здесь и сейчас», предложила новый план партнерства, предусматривающий определенную автономию греческой и турецкой общин Кипра. Несмотря на первоначальное неприятие плана греко-кипрской стороной, это был показательный шаг: в осторожной и хитрой британской дипломатической лексике появилось слово «независимость». Через год она стала реальностью. Но в итоге соглашений, подписанных в Цюрихе и Лондоне, британская дипломатия все же получила главное: ее стратегические интересы оказались обеспечены не только рядом коммуникационных и территориальных преференций, но двумя военно-морскими базами Акротири и Декелия, которые сохранили свой экзотический статус (заморские территории Великобритании под управлением ее Величества) до сих пор.

Оценить и не повторять

ЭнозисОценка цюрихско-лондонских соглашений 1959 года далеко не однозначна и находится в диапазоне от «единственно возможного варианта получения независимости» до «вынужденной капитуляции под сильнейшим давлением» и «предательством дела Энозиса» («Энозис» – движение за воссоединение греческого народа с исторической родиной).

Несомненно одно: необходимо различать призрачность договора, его трагические последствия и главный юридический результат. Для Кипра предоставление независимости стало эпохальным событием. Даже после разделения острова его греческая часть стала полноценным самостоятельным государством, членом ЕС, важным региональным центром. Такая политическая и финансовая карьера для слаборазвитой аграрной колонии является уникальной. Исключением является лишь крошечная и исторически аполитичная Мальта.

С другой стороны, цюрихско-лондонские соглашения вошли в учебники дипломатии как противоестественный и потенциально взрывоопасный политический шаг, спровоцировавший серию кризисов в молодом государстве. А печально известный «Договор о гарантиях» в рамках этих соглашений во многом стал идеологическим прикрытием для турецкого вторжения в июле 1974 года. Вряд ли Британия в условиях рассыпающегося колониального наследия могла это предвидеть. Тем не менее, политологи и юристы без труда находят в пунктах договора больше попыток противопоставления сторон, чем их объединения. Хочется верить, что практика таких «соглашений» навсегда останется на страницах учебников истории.

Независимому Кипру исполняется 53 года

16 августа 2013 года исполнилось 53 года с того дня, когда Кипр, входивший в состав английских колониальных владений, получил независимость. Однако Республика отмечает официальный День независимости сегодня 1 октября.

Итоги прошедших 53 лет не столь радужны, как хотелось бы жителям Кипра: остров остается разделенным по национальному признаку, и перспективы объединения представляются неясными.

Кофи АннанНеоднократно в прошедшие годы наблюдателям казалось, что решение кипрской проблемы близко. В 2004 году генеральный секретарь ООН Кофи Аннан добился от общин острова согласия на проведение двух раздельных референдумов относительно разработанного им плана объединения острова. План формально соответствовал принципам ООН, но, по мнению многих греков-киприотов, содержал слишком много уступок де-факто сложившемуся разделению острова. Так, беженцы с севера Кипра не получали права вернуться в свои дома.

Результат референдумов оказался предсказуемым: турки-киприоты поддержали план, который позволил бы им стать полноправными гражданами Евросоюза, греки-киприоты отвергли предложения Кофи Аннана. Кипрская проблема вновь осталась нерешенной.

Новая надежда забрезжила осенью 2008 года: после ухода прежних лидеров новые руководители общин возобновили переговоры. Эти переговоры велись по принципу «все или ничего»: до тех пор, пока не будет подготовлено соглашение, которое можно вынести на референдум, стороны не комментируют ход дебатов и не объявляют ни о каких договоренностях.

Дервиш ЭроглуВесной 2010 года на смену умеренному Мехмету Али Талату во главе непризнанной «Турецкой республики так называемого Северного Кипра» пришел Дервиш Эроглу — давний сторонник разделения острова.

Просочившиеся в прессу новые предложения Эроглу включают фактическое создание двух независимых государств. Именно об этом собирается договариваться Эроглу с новым президентом Кипра Анастасиадисом. Новый глава Кипра, похоже, настроен решительно: «Существующий раздел острова неприемлем», — заявил недавно глава государства.

Переговоры продолжаются, а вместе с ними и 39-летнее насильственное разделение острова, не сломившее волю греков-киприотов – наследников борцов за независимость страны.